С сердцем, полным умиленья,
мы спешим на день рожденья
К той, чье совершенство форм -
сверх всяких норм.
К той, чья прелесть нам дороже,
чем зарплата и аванс,
К той, без коей мы не можем
продолжать свой экзистанс.
Мы идем — сердца открыты,
ноги мыты, морды бриты,
И не внутрь употреблен
Одеколон!
В этот славный день недели,
Ради праздника ее,
Мы с Максимкою надели
Наше лучшее белье!
В дом к любимому созданью
Мы придем без опозданья,
Словно чувствуя, что тут
Сейчас нальют,
И, едва ввалившись в двери,
Для оказии такой
Мы обнимем нашу пери
Стосковавшейся рукой.
Но, согласно всех традиций,
Нас за стол зовут садиться,
И , усевшись за столом,
Мы долго жрем.
Стонет чрево в сладких пытках.
Сердце бьется горячей
От изысканных напитков
И божественных харчей.
После этой страшной жрачки
Прямо сразу, без раскачки,
Настает уже всерьез
Апофеоз:
Для подруги нашей милой
Мы под грохот двух гитар
Начинаем что есть силы
Свой орать репертуар.
Зазвенели чашки-блюдца,
В стену лбом соседи бьются,
Но когда вошли мы в раж -
ты нас уважь!
Нам плевать, что в доме дети
И что спать давно пора,
Позабыв про все на свете ,
Мы горланим до утра!
Утром в доме у подруги
Мы страдаем с похмелюги
И во рту любимцев муз -
Ужасный вкус.
И, прощаясь с незабвенной,
Чтоб пивка хлебнуть,
Обещаем непременно
Через год к ней заглянуть.